В редакцию пришло письмо от читательницы из Оренбурга Елены:
«Ухаживаю за свекровью 3 месяца. Перевернуть не даёт, сопротивляется. Сейчас приноровились, муж в результате сорвал спину. Помогает сын, парню 16 лет. Накормить – ещё один квест. Всё перед ней, а она просит есть. Бельё срывает. И так днём и ночью. А наутро нам на работу.
Пускай осуждают нас, но мы уже ищем варианты, куда отдать бабушку. Просто не вижу выхода, что, если это будет продолжаться долго?»
Вопрос – отдать или ухаживать самим – рано или поздно встаёт перед всеми, у кого дома тяжёлый дементный больной.
На одной чаше весов жалость к больному, на другой – желание сохранить здоровье семьи. Какое решение принять и куда обычно помещают таких больных? Какие нужны документы, надо ли платить? Об этом говорим с оренбургским психиатром Дмитрием Ефимовым.
Первая помощь – препараты
– Дмитрий Владиславович, что будет, если всё-таки не отдавать тяжёлого дементного больного, а оставить дома?
– Начну с того, что все больные ведут себя по-разному. Есть спокойные. Их нужно только покормить, поменять памперс, помыть и всё.
Но это при условии, что больной не тучный, с весом под центнер. Ведь кто-то его должен переворачивать, поднимать.
Хорошо, если семья из трёх-четырёх человек. Тогда, думаю, получится.
Другое дело беспокойный больной. Он как маленький ребёнок пытается куда-то уползти, рвёт обои, одежду.
Есть, конечно, разные приспособления: специальные варежки, комбинезоны, простыни с фиксирующими крыльями. Это облегчает уход.
Но главное – препараты, которые корректируют поведение больного. По крайней мере, чтобы днём было тихо и ночью он спокойно спал.
Тут важный нюанс: назначить их может только врач-психиатр. Для этого он лично осматривает больного. Зачем это нужно? Объясню. У меня как-то был случай. Пациентка после инсульта стала лежачей и не могла говорить. Никто не понимал, почему она ведёт себя беспокойно.
Когда я осмотрел её, то увидел пролежни. Никто из родных не замечал. Поэтому не помогали обычные успокаивающие капли.
Суть в том, что и приспособления, и препараты, – всё это помогает до поры до времени. Силы у тех, кто ухаживает, иссякают. И моральные, и физические.
Сиделка, участие детей в уходе
Знаете ли вы о том, что больному нужно выделять отдельную комнату? Вместе вы не сможете находиться постоянно.
Нанимать сиделку – ещё одна финансовая проблема. Уйти с работы сможет не каждый. Готовы вы к этому?
Идём дальше – присутствие детей. Принести воды, вынуть из шкафа чистые пелёнки – да, это допустимо. Но к гигиеническим процедурам я бы не допускал детей до 12 лет. Как врач-психиатр считаю, что это травмирует личность ребёнка.
Практика показывает, что во многих случаях семьи приходят к решению отдать родственника в пансионат или интернат.
Никто не вправе осудить семью за решение передать дементного больного в спецучреждение.
– Многие этого стыдятся: что о нас скажут?
– Люди с деменцией могут жить долго и буквально вытягивать силы и здоровье из родных. Поймите, делают они это не со зла, а потому что такова болезнь. Помните, как у Пушкина: «Не дай мне бог сойти с ума. Нет, легче посох и сума…»
Хочу подчеркнуть: решение отдать больного с тяжёлой формой деменции в специализированное учреждение – сугубо личное дело семьи.
Три варианта решения проблемы
– Нам много писали о том, что попасть в такое учреждение проблематично. Действительно ли это так?
– Давайте рассмотрим варианты. Их три. Первый – частный пансионат. Сюда не требуются справки, не надо ходить по поликлиникам.
Стоимость пребывания – от 30 до 45 тысяч рублей в месяц. У нас в Оренбурге только в черте города я насчитал таких пансионатов около десяти.
Там трёх-четырёхразовое питание. Комната на двоих или троих. Тепло, светло, сытная еда.
Что ещё важно, сиделки строго по расписанию выдают препараты, назначенные врачом.
Это, кстати, выход, когда нужно уехать в отпуск. Можно привезти больного родственника в пансионат и не переживать – с ним всё будет в порядке.
Второй вариант – где не надо платить. У нас в Оренбурге есть государственный пансионат. Из пенсии пациента отчисляется некая сумма и идёт на содержание больного.
Это медицинское учреждение и там круглосуточно находится медицинский персонал. Проводятся гигиенические процедуры.
Днём приходит терапевт, кардиолог, психиатр. Если что-то вышло из-под контроля, пациента направляют в профильную больницу.
Попасть можно по направлению врача. Заводится амбулаторная карта и человека заселяют.
Третий вариант – психоневрологический интернат. Конечно, такого комфорта, как в частном или государственном пансионате, не будет, но зато бесплатно и надёжно.
Направление в государственный пансионат или в психоневрологический интернат выдаёт участковый врач-психиатр или врачебная комиссия при поликлинике, куда относится пациент.
Согласно статье № 29 Закона «О психиатрической помощи» согласие больного с тяжёлой формой деменции не требуется.
Суть в том, чтобы не оставить человека в беспомощном положении. Другими словами, если у семьи нет сил ухаживать, то больного примут в государственное медицинское или социальное учреждение без его согласия.
– Как долго может там находиться дементный больной?
– В психиатрической больнице свои сроки пребывания. Зависят от хода лечения. А поскольку деменцию вылечить невозможно, то человека стабилизируют и выписывают. В пансионате и интернате больной может находиться пожизненно.
Морально-этический вопрос
– Получается, что проблем с устройством родственника с деменцией, в общем-то, нет. Остаётся только морально-этический вопрос. Как мы, нормальные люди, которые выросли в семье, сможем отдать мать или отца в интернат? Не будут потом мучить угрызения совести?
– Тут надо определиться: либо совесть, либо качество жизни родных, в том числе их психическое здоровье.
Поймите, человек с тяжёлой формой деменции – это уже не тот человек, которого вы знали. Его личность изменена. Он, может быть, вообще никого из вас не узнаёт и не испытывает никаких эмоций. Кроме голода, жары, холода, болевых ощущений.
И тогда вы для него – чужие люди, как бы горько это ни звучало. Подчёркиваю, говорю это только в медицинском аспекте.
Морально-нравственный выбор – за каждой семьёй. Все действуют сообразно своим представлениям о помощи и уходе. И окончательное решение принимают сами.
Но, как подсказывает мне опыт, со временем большинство приходит к решению расстаться с тяжёлым больным.
Вывод из всего сказанного я бы сделал такой. Начинать надо с коррекции поведения больного.
Из письма читательницы мы не знаем, приходил ли на дом врач-психиатр и что назначил.
Соответственно, рассуждать, почему так ведёт себя свекровь, не видя её, это всё равно что говорить на тему, есть ли жизнь на Марсе.
Ну а потом нужно просто реально оценить свои силы. Если пока справляетесь – пожалуйста, продолжайте ухаживать.
Если невмоготу, думаю, никто вас не осудит за решение отдать больного родственника на постоянное пребывание в государственное или частное учреждение.
Дело даже не в выгорании, а вот в чём: одну ночь ты не поспишь, вторую ночь не поспишь, а на третью может и инсульт случиться.
Поэтому я откровенно говорю родственникам дементных больных: имейте в виду, труд по уходу – тяжёлый и, если честно, то неблагодарный. Наступает момент, когда надо подумать о себе. Сделать передышку или сказать, что дальше этот воз тянуть не можете.
У каждого в жизни есть то, ради чего нужно сохранить самого себя.
