В Оренбургском драматическом театре имени Горького состоялся бенефис Натальи Пановой, посвящённый 75-летию актрисы и 55-летию её творческой жизни.
«Не боюсь быть смешной»
Признаться, не часто встретишь женщину, которая не скрывает своего возраста.
– А зачем скрывать? – смеётся Наталья Ивановна. – Тем более сейчас, когда в Интернете всё про тебя известно: рост, вес, сколько детей, сколько было романов и с кем. И потом, как ни молодись, природу не обманешь. Окна моей квартиры выходят на детский сад. Иногда я стою у окна, пью кофе и пытаюсь угадать со спины – мама или бабушка идёт за ребёнком. И ни разу не ошиблась. У человека в возрасте психофизика другая. Так что свой возраст принимаю спокойно. Но пенсионеркой себя не считаю.
Для бенефиса актриса выбрала спектакль «Милые люди» по рассказам Василия Шукшина, где играет две роли – бабку Маланью в «Сельских жителях» и старуху Отавину в «Бессовестных». Особенно ей нравится вторая героиня, которая, устав от одиночества, собирается замуж за такого же одинокого старика, помолодев и преобразившись без пластических хирургов и чудодейственных пилюль в предчувствии долгожданного человеческого тепла.
Ещё один повод удивиться: актриса с интеллигентным лицом, голливудской улыбкой, элегантной фигурой, созданной для костюмных ролей, и вдруг деревенская старуха.
– Я очень люблю характерные роли, – признаётся Панова. – В них есть что играть. Особенно в шукшинских персонажах, комичных и трогательных одновременно. Я никогда не боялась быть смешной. И потом мне дорог Шукшин, так глубоко знавший и чувствовавший душу русского народа.
На сцену – из публики
В её семье артистов не было. «Я из публики», – шутит актриса, говоря о себе. Отец, имевший деревенские корни, был военным. Мать – из купеческого рода. Её семья после революции эмигрировала из Оренбурга в Китай. Оттуда родители матери перебрались в Турцию.
– А дочери захотелось романтики, – улыбается Наталья Ивановна. – И она из Харбина отправилась не в Стамбул, а в Россию – на Дальний Восток, где и встретила моего отца. Там я и родилась.
Пьянящий вкус аплодисментов Наталья Ивановна ощутила в седьмом классе, когда играла в школьных постановках. Они тогда жили в Новосибирске. Занятия вела бывшая актриса, которая не скупилась на похвалу, что поощряло в способной ученице страсть к лицедейству.
Особенно довольна была юная артистка, когда удавалось рассмешить публику. Видимо, из тех
лет и произрастает её особая симпатия к «комическим» старухам.
Оканчивая школу, между прочим, с медалью (а доучивалась Наталья уже в Оренбурге), она, как чеховская героиня, рвалась в Москву – постигать сценическое мастерство.
Поступать приехала в школу-студию МХАТ, но срезалась на третьем туре. Судьба постаралась подсластить пилюлю, подослав к ней второго режиссёра фильма «Гранатовый браслет», снимавшегося тогда на «Мосфильме» по одноимённой повести Куприна. Тот пригласил Панову на роль второго плана. В главной блистала Ариадна Шенгелая. Но и тут не сложилось.
Наталья вернулась в Оренбург, где как раз завершался набор в школу-студию МХАТ при Оренбургском драматическом театре. Основной костяк – «взрослых» артистов, которые хотели получить высшее образование, уже набрали. Требовалось разбавить курс молодёжью. Шанс учиться при театре – один на миллион. И Наталья его не упустила.
Учёба длилась четыре года. Экзамены ездили сдавать в Москву. В дипломном спектакле по пьесе Виктора Розова «Вечно живые», по которой был снят фильм «Летят журавли», она сыграла главную героиню – Веронику. Постановку смотрел сам автор, присутствие которого добавило «волнительности». Но диплом был получен, и молодая актриса органично влилась в труппу театра. Возглавлял его в ту пору легендарный Юрий Иоффе, чьё время ныне именуют не иначе как золотым веком оренбургского театра.
Родители против выбора дочери не возражали.
– Правда, мама, женщина образованная, знавшая пять языков, Мельпомену не жаловала, – вспоминает Наталья Ивановна. – Бывая в Москве, она редко ходила в театры. Но ей было приятно, что дочь стала артисткой. Зато папа, который выходец из простых, наоборот, попав в столицу, стремился посмотреть нашумевшие спектакли. Однажды так потратился на билеты в знаменитые театры, что еле наскрёб деньги на обратную дорогу.
Её первой работой стала роль Настеньки – младшей дочери купца в сказке Аксакова «Аленький цветочек». Потом целая галерея молодых героинь – Марья Антоновна в «Ревизоре» Гоголя, Марфинька в «Обрыве» Гончарова, Лидочка в «Свадьбе Кречинского» Сухово-Кобылина. Со временем список продолжили царица Александра Фёдоровна в спектакле по пьесе Толстого «Перед возмездием», Полина в «Выходили бабки замуж» Булякова, купчиха Белотелова в комедии «За чем пойдёшь, то и найдёшь» Островского, Софья Петровна в «Прощальной гастроли князя К.» по Достоевскому, сваха в «Женитьбе» Гоголя, Лида в «Прибайкальской кадрили» Гуркина, Розмари Мортимер в «Клиническом случае» Куни и другие роли. Всего – более ста.
Лучше на год раньше, чем на день позже
Она и сегодня занята во многих спектаклях текущего репертуара. В нынешнем послужном списке – Анна Семёновна Ислаева в «Месяце в деревне» Тургенева, Анна Павловна в «Обыкновенной истории» Гончарова, Таисия Петровна в «Земле Эльзы» Пулинович, миссис Пирс в «Моей прекрасной леди» Лоу, Лернера.
Группа столичных критиков, приезжавшая недавно в оренбургский театр оценить постановки по русской и зарубежной классике, отметила как большую удачу спектакля «Обыкновенная история» образ матушки Александра Адуева, созданный Натальей Пановой. В частности, её пронзительный по интонации и душевной глубине монолог в сцене прощания с сыном, покидающим родные пенаты. Запоминается даже чисто визуально её благородный образ и в тургеневской пьесе «Месяц в деревне». А ей, в свою очередь, запомнилась работа над этой постановкой со столичным режиссёром Борисом Морозовым, очень подробно разбиравшим и глубоко осмысливавшим с актёрами «зерно» роли.
Но более всего близок «её» режиссёр – художественный руководитель Оренбургского драматического театра Рифкат Исрафилов, проповедующий русский психологический театр. Он и дал ей возможность раскрыться в характерных ролях, расширив актёрский диапазон. И не только в деревенских старухах, но и героинях пикантных французских комедий. В них она чувствует себя абсолютно в своей стихии, так же как в нашумевшей в своё время постановке по пьесе Булякова об умирающей русской деревне «Выходили бабки замуж», не говоря уж о шукшинских историях.
В общем, без работы в свои три раза по 25 Наталья Ивановна не сидит. А с появлением в театре Малого зала и возвращением в труппу заслуженного артиста России Олега Ханова её ещё и прибавилось. Дело в том, что Олег Закирович собирается ставить на малой сцене «Вечер» Дударева – пьесу о доживающих свой век в обезлюдевшей белорусской деревне трёх забытых богом и детьми стариках. Наталья Ивановна, в очередной раз отодвинув на неопределённый срок давно планирующуюся операцию на глаза, взялась учить роль старухи Ганны.
Казалось бы, если не всё, то многое уже сыграно. Но если вы спросите у Пановой, где бы ей ещё хотелось сыграть, она, не задумываясь, ответит: «В пьесах Горького. Вот где характеры!»
Однако при этом не забудет сказать: «Но в определённом возрасте, надо вовремя уйти со сцены. Лучше на год раньше, чем на день позже».
Пусть этот возраст для Натальи Ивановны наступит как можно позже.
Наталия Веркашанцева
