Человеку нужен дом

Старый город. Дружить до­мами – это оттуда. Но уже не сейчас

Окна – глаза старика, смотрят во двор потрескавшимися веками

Старый город. Дружить до­мами – это оттуда. Но уже не сейчас.

Те, кто друг друга знал и здоровался по утрам, играл в домино и карты и праздновал Первомай за одним столом во дворе, либо умерли, либо уехали. Да и многие дома рас­селили.

Старый город. Он есть у всех. Город в городе. Малая часть, откуда всё пошло.

В Оренбурге или Орске – раз­ница лишь в том, насколько он молод. Скрипит прошлым, вместе с жителями.

Прощание

Впрочем, попадаются ещё вполне бойкие. Во всяком случае, ходить на оренбургскую Аренду в субботу утром, аккурат после пятницы, не советую. Народ там по-прежнему разный.

Коммунально-коридорная система, блёклая лампочка в коридоре. Детский велосипед. Туалетные кабинки в ряд, и каждая закрыта на персональ­ный маленький навесной замок.

Окна – глаза старика, смотрят во двор потрескавшимися веками – не пришёл ли кто чужой.

«Флейта водосточных труб» старого города

У всех своя память, свои истории, и когда мне их рас­сказывают, слова дышат теплом утренних пирожков, что пекла по выходным бабушка. Сколько людей вышли из этих парадных с дерзкой надеждой!

Иногда старые дореволюционные двери лучше не открывать. Особенно в подвале

И я тоже поэтизировал эти величавые фасады. Эти прекрасные наличники, эти камни. Особенно когда стоишь возле такого дома, где желтеет окно той, кого лю­бишь. Но…

Я не хотел бы там жить. Я спотыкаюсь в темноте этих коридоров, мне не уснуть под стоны проржавевших труб и я совершенно отвык от газовой колонки.

Каждая деталь в этой квартире нашёптывает хозяйке воспоминания

История в наших го­родах имеет обыкновение сы­паться дореволюционной шту­катуркой на головы живущих под дырявой крышей людей.

А представители разных партий, испуганно озираясь, поднима­ются на второй этаж, жмут руки и обещают помочь. И ты вроде рад видеть лицо дружелюбного человека в хорошем костюме, но… яркая вспышка и темнота, лампочка перегорела.

Я за экскурсии, истории и музеи, но в музеях никто не живёт. Человеку нужен дом. И пусть сейчас меня «закидают тапками», но, по моему скром­ному мнению, в нём не должны витать сквозняки купечества, революций и гражданской войны, что совершенно не отменяет того, что мы должны об этом помнить.

Там должно быть тепло и спокойно. Дом, где твоё сердце бьётся ровно.

Олег Рукавицын

Фото автора